И cмерть отступит: история Ксении и ее борьбы с раком

У Ксении удивительные ярко-голубые глаза. Весенняя акварель. Пока мы сидим в глубине кафе, где довольно темно, я вижу только Ксенин силуэт, круглую голову с ежиком волос, худые плечи и улыбку. Да, улыбку видно даже в относительной темноте. А потом, когда мы подходим кокну, чтобы сделать несколько фотографий, эту сверкающую синеву глаз невозможно не заметить.

Почему люди заболевают раком? Пожилые и только начинающие жить, оптимисты и унылые, молодые мамы и мужчины в расцвете лет или вот такие пронзительно голубоглазые? Нет ответа. Почти каждый раз, встречаясь с подопечными Фонда борьбы с лейкемией, мы вскользь говорим об этом почему и не можем найти ответа.

Сначала накатила усталость, и Ксения подумала, что просто переутомилась, чай, не девочка бегать, как раньше, 37 лет. Потом на шее вздулся лимфоузел, и небольшая, но неприятная температура не спадала где-то месяц. А затем, когда все же сделала рентген, вышел врач и сказал: Таких больших опухолей я давно не видел. Как виноградная гроздь в грудной клетке.

И все же еще два месяца, пока не было точного диагноза, биопсия, снова биопсия, Ксения заставляла себя не нервничать и ничего не говорила родным. Зачем беспокоить людей раньше времени? Вначале октября, когда Ксению срочно перевели из родного Смоленска в Москву, в онкологический центр Блохина, она уже практически задыхалась: размер опухоли достиг примерно 25см, а легкие заполнила вода работала только треть левого легкого. Это была смешанно-клеточная лимфома Ходжкина.

Помимо пронзительных голубых глаз Ксения обладает удивительно жизнестойким характером. Старшая сестра двух братьев, опора родителей, самостоятельная, боевая, очень общительная и надежная, как скала. Разве скалы падают? Нет, конечно. Она всегда много работала, риелтором, с удовольствием занимаясь клиентами. Увлекалась спортом бег, хоккей, баскетбол. Ненавязчиво, но внимательно опекала родных: бабуле 93 года, папа, мама и вечно младшие братья. Круговорот будней. И пока она шла по жизни прямо, не спотыкаясь о неведомо откуда выросший камень под названием рак, у нее не находилось повода быть слабой и уязвимой самой и вызывать эту уязвимость в других. А когда Ксения заболела, ее вынужденная слабость внезапно обнажила передней души тех, кто был рядом.

Папа, бывший военный, всегда такой подтянутый и собранный, вдруг заплакал навзрыд, когда Ксения по телефону сказала ему: Лимфома. Неумело, зажимая рукой рот, давно сухими глазами. Он плакал снова и снова, стоило только подумать, вообразить любимую дочь перед лицом страшной болезни, и плакал бы дальше, если бы Ксения не выдвинула запретный довод: Папа, мне плохо, мне очень нужна мужская поддержка. Он собрался, а Ксения открыла для себя, что ее суровый отец сама нежность и доброта.

Когда началась химиотерапия и Ксении нужны были деньги для борьбы с побочками, настала ее очередь смахивать слезы. Девочки-коллеги скидывали Ксении на карточку деньги. Кто сколько мог. Я же знала их обстоятельства: у этой ипотека, у той маленькие дети Но все считали, что обязаны помочь! Ксения и ужасалась, и радовалась. Она увидела, какие самоотверженные друзья ее окружают. Никто не исчез, никому не стало внезапно некогда, они приезжали к ней в больницу, гладили по беззащитной лысой голове и обещали снова и снова: всё будет хорошо.

Имама, внезапно ставшая решительной как никогда: Что нужно? Когда? Только скажи. И братья, опекающие ее в больнице с трогательной заботой, будто теперь официально маленькую и слабую.

Говорят, что испытания помогают нам познать себя. Ксения через испытания открыла людей вокруг себя. И это было прекрасное открытие. После него очень хочется жить.

Шесть курсов химиотерапии уменьшили опухоль Ксении в два раза, а значит, лимфома поддается лечению. Медленно, неохотно, но поддается. Теперь Ксении предстоит лучевая терапия, и это шанс, что опухоль исчезнет совсем, до конца. Ксения очень на это надеется. Что рак не победит. И что, встретившись где-то там, на границе миров, жизнь скажет смерти: Вот эту, голубоглазую, оставь мне. И смерть отступит.